Putin meets Russian spies expelled from US

Russian Prime Minister Vladimir Putin has said he met the Russian intelligence agents deported from the US in a spy-swap row in July.


He said they had sung songs together about the Motherland, adding that he had no doubts "they will have interesting, bright lives".

However, Mr Putin did not say where the meeting took place.

The 10 Russians admitted in a US court earlier this month to being agents for a foreign country.

More serious money laundering charges against them were dropped.


They were then flown to Vienna, where a Russian jet carrying four prisoners freed by Russia arrived around the same time - in what was America's biggest spy swap with Russia since the Cold War.

'Betrayal'

Mr Putin, who served as a KGB agent during the Soviet era, made the comments about his meeting during a visit to Foros, Ukraine, on Saturday.

He also confirmed that Anna Chapman - who had received most of the publicity in the Western and Russian media - was among the agents present.

He said that "everyone of them had a tough life".

"First (problem) was to master foreign language as your own. Think and speak it and do what are you told to do for the interest of your motherland for many years without counting on diplomatic immunity," the prime minister said.


"This (spy scandal) came as a result of betrayal. They (the betrayers) end up taking to drink or drugs."

And when asked by reporters if Moscow was planning to take revenge, he said: "It is incorrect to ask about it.

"The special services live under their own laws and everyone knows what these laws are."

TYRRELL: A curious crowd

Mediocre spies must embarrass Putin

By R. Emmett Tyrrell Jr.

6:28 p.m., Wednesday, July 7, 2010
Странная компания

Р. Эметт Тиррелл-младший (R. Emmett Tyrrell Jr.)

("The Washington Times", США)

Стыдно ли Путину за бездарных шпионов?

Well, well, well - now it appears that even Soviet - strike that! - Russian Prime Minister Vladimir Putin is afflicted by the general mediocrity of the moment. There was never any reason to doubt that the Soviet grasp of the third-rate and meretricious should not survive into the Russian renaissance. A Zil, the cumbersome Soviet limousine, is still a Zil - and no one ever buys a Russian computer if there is one or a Russian hamburger. Yet, frankly, I had fears that at least in espionage, the SVR, as the Russians call the foreign arm of their new KGB, had maintained standards for intelligence-gathering and all the unseemly things that go with it. It reputedly was among the world's best, right up there with the Israelis, the British and - on a good day - the CIA and the FBI. But now, with the arrests of 11 "agents of influence," it appears it is as amateurish as everything else associated with most governments worldwide, at least at the moment. And to think Mr. Putin is a former KGB officer and was a pretty good one. It must be galling.


Ну и ну! Судя по всему, даже советского – то есть российского – премьер-министра Владимира Путина задевает господствующее сейчас повсеместно убожество. Собственно, особых причин сомневаться в том, что возрожденная Россия сохранила советское пристрастие к третьесортной показухе, не было. Неуклюжий советский лимузин ЗИЛ остается тем же ЗИЛом, и никто не покупает ни российских компьютеров, если такие вообще бывают, ни российских гамбургеров. Тем не менее, честно говоря, я побаивался, что, по крайней мере, в области шпионажа СВР (так русские называют заграничный отдел своего нового КГБ) поддерживает былые стандарты сбора разведывательной информации, включая самые неприглядные аспекты этого ремесла. Недаром она считалась одной из лучших спецслужб мира, наравне с израильской, британской и – в удачный день – ЦРУ и ФБР. Однако теперь, после ареста 11 «агентов влияния», становится понятно, что, как минимум в настоящий момент, она ведет себя столь же по-дилетантски, как и большинство государственных служб мира. Вспомним при этом, что сам Путин был офицером КГБ, и очень неплохим. Какой позор!


In London, where I was last week, the affair was played up in a much splashier fashion than here in the United States. The British journalists have a better sense for a news story, which is why British journalism is not in such dire straits as it is here. They played the femme fatale angle perfectly, and the playboys, and they even discovered a grim business connection with some shadowy Brit and the tyrant Robert Mugabe of Zimbabwe. When I arrived back in the United States the night of July 4, I had been fully advised on the matter by the London newspapers. It was astonishing how American journalists missed the mediocrity. Some of the Russian spies had gone native, or almost.

В Лондоне, где я был на прошлой неделе, пресса обыграла эту историю намного лучше, чем в Соединенных Штатах. Британские журналисты лучше нас чувствуют информацию – именно поэтому в Британии журналистика в лучшем состоянии, чем здесь. Они превосходно раскрыли тему «роковой женщины» и плейбоев и даже раскопали зловещие деловые связи с каким-то сомнительным англичанином и тираном Зимбабве Робертом Мугабе. Когда вечером 4 июля я вернулся в Соединенные Штаты, я уже имел полное представление о происшедшем благодаря лондонским газетам. Поразительно, что американские журналисты напрочь упустили из виду убожество происходящего - например то, как часть – если не большинство - российских шпионов легко отуземилась.


Oh sure, there were the true believers, like the lefty journalist who wrote for El Diario La Prensa whose cover was blown back on Jan. 14, 2000, and has been implicating others inadvertently for years. Also her idiot husband, the prof, who in self-incriminating testimony after his arrest said he loved his son but "would not violate his loyalty to the 'Service' even for his son." But then there were the "Murphys," "Donald Heathfield" and his lovely wife, "Tracy Foley." All the above names are either stolen or made up. Why did they have to take Irish-sounding names? Why not Goldfarb or Finkelstein? Is it the old Soviet residual of anti-Semitism? Yet they are perfectly serviceable names - especially if you are living in New York.

Нет, конечно, среди них были и правоверные – например, эта ультралевая журналистка из El Diario La Prensa, «засветившаяся» еще 14 января 2000 года, и годами по глупости подставлявшая остальных, или ее идиот-муж, профессор, в своем саморазоблачительном признании после ареста заявивший, что он любит сына, «но даже ради него не нарушит верность Службе». Но были и другие – «семейство Мерфи», а также «Дональд Хитфилд» (Donald Heathfield) и его симпатичная женушка Трейси Фоли (Tracy Foley). Кстати, непонятно, почему, шпионы, жившие под чужими или вымышленными именами, брали фамилии ирландского происхождения? Почему бы им не стать Гольдфарбами или Финкельштейнами? Может быть, из-за рудиментов старого советского антисемитизма? Между тем, это вполне удобные фамилии – тем более для Нью-Йорка.


The Murphys certainly seemed to be going native, and I would worry about them if I were Mr. Putin. Remember all you have heard about "conspicuous consumption" and the Yanks? In 2009, the Murphys thought they should own their home in Montclair, N.J., and they gave their handler an earful when he objected. Earlier, an agent had lamented to Mr. Murphy, "I'm so happy I'm not your handler." He distributed monies to these agents of influence and is now on the lam in Cyprus, or perhaps he has fled the island. As for the Murphys, they are in custody. They were trained in a top-flight Russian "espionage school," the Los Angeles Times reports. So maybe they will hold their tongues, but I am not so sure. That house in Montclair would be a lovely safe house for a couple of renamed Irish who might sing.

Мерфи уж точно американизировались, и на месте г-на Путина я бы начал нервничать на их счет. Помните, что говорят о янки и «демонстративном потреблении»? В 2009 году Мерфи решили, что им нужен собственный дом в Монтклере, штат Нью-Джерси, и устроили своему куратору скандал, когда он начал возражать. Раньше, один из агентов так и сказал г-ну Мерфи: «Как хорошо, что я вас не курирую!» Сейчас этот человек, распределявший деньги между агентами влияния, скрывается где-то на Кипре, если еще не покинул остров. Что касается Мерфи, они сидят за решеткой. Как сообщает Los Angeles Times, их готовили в первоклассной российской «шпионской школе». Может быть, это подтолкнет их держать язык за зубами, но я, признаться, так не думаю. Домик в Монтклере может стать для «ирландской» четы отличным стимулом «запеть».


Of course, the spy who really attracted the Brits' eyes and has to have had the same effect here is the curvaceous 28-year-old red-haired, doe-eyed beauty Anna Chapman, nee Kushchenko, whose father was from the old KGB and presumably knows a thing or two. Rather oddly, he directed her to the authorities. That was it. Before her arrest, she had cut an active figure on both sides of the Atlantic. She married a British citizen, picked up with playboys and frequented Annabel's and Tramp in Britain. After five years, she left for America, but not before working with the shady Ken Sharpe and her father for a company, Southern Union, with connections to Mr. Mugabe. Over here, she lived a similarly fast life of nightclubs, rich men and connections that do not add up. Supposedly she had 50 employees working for her company. Possibly it helped finance the spy ring.

Разумеется, из всей этой компании основное внимание британцев привлекла 28-летняя пышная глазастая рыжая красотка Анна Чэпмен, в девичестве Кущенко. Нас она тоже должна была бы заинтересовать. Ее отец долго служил в КГБ и должен кое в чем разбираться. Именно, он - надо же! - велел ей сдаться властям. До ареста она вела активную жизнь по обе стороны Атлантики Она вышла за британского гражданина, тусовалась с плейбоями, не вылезала из британских клубов Annabel's и Tramp. Через пять лет Анна переехала в Америку, перед этим успев поработать с неким Кеном Шарпом (Ken Sharpe) и своим отцом на компанию Southern Union,связанную с г-ном Мугабе. Здесь она вела столь же бурную жизнь – ночные клубы, богачи и бессмысленные связи. В ее компании работали около 50 человек. Вероятно, она помогала финансировать шпионскую сеть.


What we do know is that after years of gathering information from these lunkheads, the FBI moved in pretty spectacularly. Something triggered their rapid arrests. Maybe we'll know in the months ahead; maybe not. What is obvious is that the FBI has had a good couple of weeks and MI5 too. Their reputations glow. It is the KGB/SVR I worry about. This could be a PR disaster.

Интересно, что ФБР, которое годами собирало информацию благодаря этим болванам, что-то, видимо, заставило зашевелиться и их арестовать. Возможно, в ближайшие месяцы, мы узнаем, что это было, возможно, нет. Очевидно одно – у ФБР и МИ5 была хорошая пара недель. Их репутация на пике. А вот КГБ/СВР стоит побеспокоиться – ведь это может стать пропагандистской катастрофой.


R. Emmett Tyrrell Jr. is the founder and editor-in-chief of the American Spectator and an adjunct scholar at the Hudson Institute. His new book is "After the Hangover: The Conservatives' Road to Recovery" (Thomas Nelson, 2010).

Р. Эметт Тиррелл-младший – основатель и главный редактор American Spectator и внештатный научный сотрудник Гудзонского института (Hudson Institute). Его последняя книга озаглавлена «После похмелья: Консерваторы восстанавливают свои позиции» ("After the Hangover: The Conservatives' Road to Recovery") (Thomas Nelson, 2010).

Радио "Эхо Москвы" Юлия Латынина, программа «Код доступа»

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый день. В эфире Юлия Латынина, программа «Код доступа» в канун победы России во Второй мировой. Телефон для смс +7-985-970-4545.


В 1913 году в Российской империи проживало 170 млн. человек, или 10% населения Земли. На территории России при этом жили 90 млн. человек, или 5,6% населения Земли. Сейчас на территории России живет 140 млн. человек, или 2,4% населения Земли. Т.е. Россия занимала одну шестую часть суши, имела одну десятую населения, теперь она занимает одну девятую часть суши и имеет 2,4% населения. Подобные диспропорции не сохраняются длительное время и обычно приводят к дальнейшему распаду государства.

Куда же делось население? Умерло. «Каждую ночь в Харькове собирают по 250 умерших от голода и тифа. Замечено, что большое число из них не имеют печени, из которой готовят пирожки и торгуют ими на рынке», – это итальянский консул о голоде в Харькове 1931 года. Всего количество этого рукотворного сталинского голода составляет, возможно, до 10 млн. человек. Люди, впрочем, умирали не только от голода, их ссылали, ссылали кулаков, т.е. лучший генофонд нации. «Говорят, что мы сослали 10 млн. человек, – сказал Молотов Феликсу Чуеву. – Это неправда, мы выслали 20 млн.»

Что произошло с высланными? Цитирую отчет инструктора Нарымского обкома партии о ситуации на острове Назино, куда в апреле 1931 года отправили кулаков: «На острове не оказалось никаких инструментов, построек, семян, ни крошки продовольствия. Люди начали умирать. Вскоре началось в угрожающих размерах людоедство. Из 6100 человек, прибывших в Томск, к 10 августа осталось в живых 2200».

Будем считать, что не три четверти из 20 млн. погибли. Будем считать, что погибла только половина и прибавим к 10 млн. умерших от голода 10 млн. погибших в Сибири. Прибавим к этому еще жертв террора. В 1937-38 гг. органами НКВД арестованы 1,5 млн. человек, из них 680 тысяч сразу расстреляны. В 1940-м осудили уже 2,4 млн. человек.

В обмен на что погибли эти люди? Ради чего был уничтожен цвет нации? Ради чего Россию превратили в Гулаг? В обмен на создание военной машины, которая должна была покорить весь мир. Вся территория России была превращена в единую сборочную фабрику, где ценой величайших решений создавалось наступательное оружие. Заводы, которые строились в России, производили не кофемолки, чайники и тазики. Они производили либо танки, либо сталь для танков, либо электричество, которое нужно было, чтобы получить сталь, которая была нужна, чтобы изготовить танки.

Кто проектировал эти заводы? Главным проектировщиком был Альберт Кан, самый известный промышленный архитектор Америки, проектировщик заводов Форда. С 1929 по 1932 год фирма Кана в России, она называлась «Госпроектстрой», чтобы скрыть тот факт, что фирма американская, спроектировала для России 571 промышленное предприятие. В том числе тракторные заводы в Сталинграде, Челябинске, Харькове, Томске, самолетостроительные – в Краматорске, Томске, автомобильные – в Челябинске, Москве, Сталинграде, Нижнем Новгороде, Самаре и так далее.

Проще всего сказать, что Кан спроектировал всю российскую промышленность. За это он получил от Сталина 2 млрд. долларов, т.е. в нынешних ценах около 220 млрд. Эти 2 млрд. долларов были оплачены трупами умерших от голода крестьян. В 1932 году Сталин вывез на экспорт из голодающей страны 17,3 млн. тонн зерна, а в 1933-м – 16,8 млн. тонн зерна.

Может быть, убивая миллионы крестьян, уничтожая генофонд нации, расстреливая людей за колоски, Сталин поощрял ученых? Советская наука 20-х годов переживала необычайный взлет. Ее создавали идеалисты – Мандельштам, Рождественский, Иоффе – всё это были люди, которые отучились на Западе, всё это были люди, которые вернулись в Россию из патриотических побуждений. Всех этих людей стали расстреливать.

В Украинском физико-технологическом институте, в начале 30-х годов бывшем одной из самых могучих научных школ, были расстреляны три руководителя отделов – Шубников, Розенкевич, Горский, арестовали обоих руководителей института – Лейпунского, потом Обреимова. Двух коммунистов – австрийца Александра Вайсберга, возглавлявшего низкотемпературную секцию, и немца Фридриха Хаутерсмана, СССР любезно выдал Германии после заключения пакта Молотова-Риббентропа. Были арестованы Ландау и Фок. Был расстрелян один самых молодых гениев СССР – Бронштейн.

Классический пример – судьба Сергея Королева. Практически все инженеры ракетного НИИ, в котором работал Королев, были расстреляны. Был расстрелян начальник Королева Клейменов, был расстрелян конструктор «Катюш» Георгий Лангемак. Из всех разработчиков «Катюши» в живых остался один инженер Костиков, который дорабатывал «Катюшу» в 1941 году, его наградили и расстреляли.

Сам Королев остался в живых чисто случайно. И следователь, который его допрашивал, требовал от него признаться, что он конструировал ракеты, чтобы пытаться убить товарища Сталина, и поучал Королева, что «ваша пиротехника и фейерверки советской стране не нужны». Сталин вспомнил об ученых, когда пришло известие, что американцы работают над ядерной бомбой. Как мрачно пошутил Ландау, «первым следствием российского ядерного проекта было спасение российских ученых».

От кого защищался Сталин, подписывая контракт с фирмой Кана в 1929 году? От Гитлера? Но Гитлер пришел к власти в 1933-м. От коварных империалистов? Но Сталин покупал заводы, станки и оружие именно у коварных империалистов. Ответ заключается в том, что Сталин планировал наступательную войну, и ради этой войны весь СССР был превращен в фабрику по производству оружия ценой жизни населения.

Для того чтобы вести такую войну, мало иметь оружие. Хорошо еще вести такую войну, которую ты будешь иметь право назвать освободительной, войну, которая, если воспользоваться древними китайскими стратагемами, «позволит убить чужим ножом и грабить во время пожара». Иначе говоря, хорошо бы иметь в центре Европы бесноватый режим, в борьбе с которым Европа изойдет потом и кровью, после чего ее, Европу, будет легко освободить.

Собственно, тактику, которую использовал Сталин, описал Виктор Суворов, один из лучших военных историков России. Я считаю, что в России существует два великих военных историка в 20-21 веке. Это Виктор Суворов и Марк Солонин. И тактику Сталина описал Виктор Суворов в «Последней республике». Начиная с 1933 года вся внешняя политика Сталина направлена на создание «пожара и чужого ножа».

Собственно, своим приходом к власти Гитлер в значительной степени обязан Сталину. На выборах 1933 года Гитлер получает 43% голосов, а социал-демократы и коммунисты вместе 49%. Если бы социал-демократы и коммунисты составили блок, то Гитлер просто не пришел бы к власти. Кто запретил коммунистам вступать в коалицию с социал-демократами? Сталин. Как в той же «Последней республике» пишет Суворов, «мир вполне мог бы обойтись без Гитлера во главе Германии и без Второй мировой войны, но Сталин не мог».

Впрочем, Гитлер у власти сам по себе еще ничего не значил. Ведь по условиям Веймарского договора Германия была разоружена. У нее не было армии, не было стрельбищ, не было полигонов. Всё это предоставил Гитлеру Сталин. Если бы не Сталин, Гитлер вырос бы в диктатора средней руки (вроде Саддама Хусейна), задавленного после первой же попытки захватнической войны и не опасного ни для кого, кроме собственных граждан.

18 июля 1936 года в Испании вспыхнул франкистский мятеж. Генерала Франко поддержали 80% армии. И без поддержки СССР республиканцы были обречены. Но СССР перебросил в Испанию больше 500 самолетов, 347 танков, 60 бронеавтомобилей, 497 тысяч винтовок – всё выкованное огромной военной машиной, топливом для которой служили жизнь и смерть.

Зачем Сталин тратил гигантские деньги на войну в Испании? Ответ – он надеялся разжечь в Испании тот самый пожар, во время которого можно грабить. Он надеялся, что Англия и Франция в Испании вступят в войну против Гитлера, который заступится за Франко. Однако пожар, т.е. Вторая мировая, в Испании не начался.

В 1938 году на карте Европы появляется новая точка напряженности – Чехословакия. Германия требует от Чехословакии вернуть ей населенные немцами Судеты. И в сентябре 1938 года Англия и Франция уговаривают Чехословакию уступить Гитлеру. Это событие получило название мюнхенский сговор. Это самый позорный факт в истории Европы, это не выученный до сих пор западными демократиями урок о том, что если ты уступаешь хулигану, то он воспринимает твои уступки как новый плацдарм для атак.

Однако возникает вопрос – а что в это время делал СССР? Ответ заключается в том, что СССР во время Мюнхена в конфиденциальных переговорах с Германией всячески поддерживал позицию Германии, а в конфиденциальных переговорах с Чехословакией всячески поддерживал Чехословакию. А в решающий момент СССР в ответ на просьбы чехословацкого президента о вмешательстве ответил, что помощи надо искать в Лиге наций.

Представим себе, что Сталин ответил бы на просьбы Чехословакии согласием и заявил, что он, Сталин, будет воевать с Гитлером за Чехословакию. Опять же Мюнхена бы не было. Но Сталин этого не заявил, именно потому что Чехословакия, как и Испания, было то место, где Сталин рассчитывал разжечь пожар. Намерения Сталина были ясно выражены им самим в речи на заседании Политбюро 19 августа 1939 августа: «В интересах СССР, родины и трудящихся – чтобы война разразилась между рейхом и капиталистическим англо-французским блоком. Нужно сделать всё, чтобы эта война длилась как можно дольше, в целях изнурения двух сторон». Лучше бы не сказал сам Сунь Цзы, который писал: «Когда враг повержен в хаос, пришло время восторжествовать над ним».

Речь Сталина произнесена 19 августа, а 23 августа заключен пакт Молотова-Риббентропа. Как замечает Виктор Суворов, этот договор неправильно называть договором Молотова-Риббентропа. Это московский договор 1939 года, приведший к началу Второй мировой войны. Ровно через неделю после подписания этого договора, 1 сентября 1939 года Гитлер атакует Польшу.

Гитлер при этом сразу же требует, чтобы и Сталин напал на Польшу. Но Сталин ждет 17 дней и входит в Польшу только 17 сентября. Одним этим маневром Сталин показывает свое стратегическое превосходство над Гитлером. Во-первых, к этому времени основную тяжесть боев приняла на себя немецкая армия. Во-вторых, поляки не понимают, с кем, собственно, воюет Красная армия – с ними или с немцами. В-третьих, Англия и Франция, объявив в соответствии с долгом союзника войну Гитлеру, не решаются объявить войну Сталину и, наоборот, пытаются не связывать ему руку.

Так Гитлер и Сталин совместно начинают Вторую мировую войну. Гитлер оккупирует часть Польши, Францию, Бельгию, Норвегию, Швецию, Сталин в это же время оккупирует часть Польши, Литву, Латвию, Эстонию, Западную Украину, часть Румынии, часть Финляндии, всего Сталин оккупирует за первые два года Второй мировой войны территории с населением 23 млн. человек.

Сталин и Гитлер оба начинают Вторую мировую войну. Но если рассматривать это как преступление, то роль Сталина и Гитлера различна. Гитлер – это организатор, тупое орудие, киллер, Сталин – это заказчик. Причем всё это время в 1939-40 годах Сталин, с одной стороны, нависает над стратегическими линиями снабжения Гитлера, которые он может перерезать в любой момент. С другой стороны, он снабжает Гитлера сырьем. С третьей, он получает от Гитлера станки и материалы, которые советская промышленность не в силах получить сама.

Уверенность Сталина в том, что чужой нож – Гитлер полностью от него зависит и не нападет, так велика, что одним из характерных примеров этой уверенности становится Катынь. 22 тысячи офицеров польской армии, военная элита Польши, расстреляны в Катыни, в Калинине, в Медном. Офицеров убивают по одному выстрелом в затылок, убивают так много, что советские пистолеты не выдерживают, стреляют из немецких «Вальтеров». Майор Блохин привез с собой целый чемодан «Вальтеров ПП», как сказано в одном из воспоминаний. Помимо необычайной бесчеловечности этой казни, это необычайный ключ к психологии Сталина.

Сталин и помыслить не может, что 22 тысячи опытных офицеров, ненавидящих Вермахт, могут ему приходиться в оборонительной войне против Гитлера. Нет, просто в мае 1940-го они занимают место. Гулаг не безразмерен, количество палачей ограничено. Скоро из Европы хлынут новые толпы пленных, жилплощадь надо срочно освобождать. Уверенность Сталина в том, что произойдет согласно плану, так высока, что он не может подождать и расстрелять поляков хотя бы после начала собственной наступательной операции. Это еще одна характерная черта Сталина, которая 22 июня оказалась роковой. Он никогда не занимался тем, что называется contingency planning, он всегда был уверен, что будет так, как планировал он.

Ведь летом 1941 года Красная армия превосходила германскую во всем – в количестве, в качестве танков, в количестве самолетов, артиллерии, дивизий. Было одно-единственное качество, по которому Вермахт превосходил Красную армию, причем превосходил заведомо, неизбежно, неотменимо именно в силу абсолютного превосходства Красной армии во всем остальном. Вермахт превосходил Красную армию в скорости развертывания. 3 тысячи 600 танков быстрее сосредоточить и снабдить, чем 12 тысяч 300, 2,5 тысячи самолетов быстрее сосредоточить, чем 10 тысяч.

Когда удар наносит гигант, единственным неотъемлемым преимуществом противника гиганта является быстрота. С того момента, как Красная армия начала разворачиваться у границы, война была неизбежна. Уже в силу этого можно было ожидать, что Гитлер воспользуется единственным имеющимся у него преимуществом. Сталин этого не планировал.

Итак, с 1929 года весь СССР превращается в фабрику по производству оружия. Может быть, это делается для обороны? Может быть, Сталин боится, что проклятые капиталисты, поскольку Гитлера еще нет, на него нападут? Тогда посмотрим на характер производимых вооружений. В 30-м году Сталин покупает у проклятых капиталистов, точнее в США, у американского конструктора Кристи танк БТ.

Американский танк БТ производится в Харькове на заводе, сконструированным американским же дизайнером Каном, в количестве 22 штуки в день. Только БТ к 40-му году в войсках было 5 тысяч 300 штук. Всего к началу Второй мировой всех типов БТ в Красной армии было больше, чем всех типов танка во всех армиях мира, вместе взятых. БТ – замечательный танк. БТ сражался в Испании, в октябре 1937 года проделал марш-бросок к реке Эбра, пройдя 630 километров за двое с лишним суток. Блестяще проявил себя под Халкин-Голом. 800-километровый марш-бросок по монгольской степи.

В 1945 году танки БТ ударили по японцам, пройдя марш-броском 820 километров. Из вышеперечисленных операций нетрудно заметить одну основную особенность самого массового танка Красной армии – он был оптимизирован для европейских дорог и для монгольских степей. Как пошутил Виктор Суворов, у БТ был единственный недостаток – эти танки было невозможно использовать на советской территории.

Вот еще одно знаменитое оружие, полностью позаимствованное Сталиным из США. Это стратегический бомбардировщик Ту-4, полная копия американского В-29. Его скопировали полностью, включая отверстие в панели управления под банку с «Кока-колой». Копирование было столь рабским, что в качестве базовой единицы при расчетах использовали дюймы. Ту-4 строили уже фактически после войны, когда стало ясно, что есть ядерная бомба и нужны для нее носители.

Но почему у Сталина, превратившего всю страну в фабрику по производству оружия, не было хороших стратегических бомбардировщиков? Ответ заключается в том, что до изобретения атомной бомбы стратегический бомбардировщик есть оружие оборонительное. Стратегический бомбардировщик – это оружие возмездия: на тебя напали, ты летишь к противнику в тыл и наносишь удар по заводам, которые делают оружие, которым тебя атакуют. Если нападешь ты, стратегический бомбардировщик не очень-то нужен, тебе не надо захватывать военные заводы противника, ты планируешь их захватить целыми и планировать для продолжения атаки.

Вместо стратегических бомбардировщиков Сталин проектировал, например, Ил-2. Ил-2 – самолет-агрессор, предназначенный не для воздушных боев, а для уничтожения противника на земле. Кстати, и советских летчиков в основном не учили ведению воздушных боев, но их учили массово наносить удары по наземным целям.

Цифра разнятся, но в общем по состоянию на 22 июня на западной границе Красная армия имела 12 тысяч 379 танков – здесь я цитирую по Марку Солонину – против 3 тысяч 628 германских танков. Германский самолетов было 2,5 тысячи против более чем 10 тысяч советских. К концу сентября Красная армия потеряла 15,5 тысячи танков, 10 тысяч самолетов, 67 тысяч орудий и минометов и 3,8 млн. единиц стрелкового оружия.

Как произошел такой невиданный разгром? Виктор Суворов дает на этот вопрос простой ответ. Армия была уничтожена, именно потому что готовилась к нападению. Аэродромы, придвинутые к границе на расстояние 8-12 километров, были разбомблены. Снаряды, высыпанные перед войной прямо на грунт, были захвачены. Через снятые для наступления заграждения прошли немецкие солдаты, не встретив на своем пути мин. Гитлер нанес Красной армии удар в тот момент, когда она, как боксер, раскрывалась для удара. И отдавая бессмысленные приказы о контрнаступлении, Сталин насаживал армию, как медведя на рогатину, на стальные клинья наступающего Вермахта.

Как я уже сказала, Виктор Суворов – один из двух гениальных историков Второй мировой войны. Но это тот редкий случай, когда Виктор Суворов ошибается. Точнее, анализируя всё, что происходило до 22 июня, Виктор Суворов совершенно прав. Но вот его описание причин катастрофы 1941 года поверхностное и часто следует советским шаблонам: «Внезапным ударом по мирно спящим аэродромах…» и так далее.

Самое полное описание дал уже упомянутый мной Марк Солонин. В своей первой книге «На мирно спящих аэродромах» Марк Солонин, авиастроитель по профессии, заинтересовался самым простым из утверждений, общих для Суворова и советских историков: «Аэродромы были придвинуты к границе, поэтому самолеты всё разбомбили на земле». Солонин показал, что это не так, что просто в силу характеристик тогдашних самолетов разбомбить их на земле было чрезвычайно трудно, и налет, в ходе которого повреждались 2-3 самолета, считался необыкновенно удачным.

Самолеты противника чаще всего уничтожали в воздухе. Как же Красная армия лишилась к сентябрю 10 тысяч самолетов? А так: сначала следовал приказ отступить, самолеты перелетали на другой аэродром. Потом следовал новый приказ, самолеты перелетали снова. Через 5-6 таких перелетов кончалась горючка, кончались механики, которых не было, обслуживающий персонал оставался где-то далеко. Летчики грузились в автомобили и уезжали, отставляя самолеты врагу.

Как выглядело дело, например, с танками? По идее, как я уже сказала, дело с танками выглядело прекрасно. Всего – если не говорить только о западной границе – Красная армия на момент начала войны имела 24 тысячи танков, в семь раз больше, чем Гитлер. Причем боевые качества этих танков были несравнимы. Вот известный пример. 1 августа 1941 года один танк КВ под командованием старшего лейтенанта Зиновия Колобанова преградил дорогу на Гатчину колонне 40 немецких танков. Цитирую Марка Солонина: «Когда этот беспримерный бой закончился, 22 немецких танка дымились в поле, а наш КВ, получив 156 прямых попаданий вражеских снарядов, вернулся в распоряжение своей дивизии».

А вот как описывает встречу с КВ командир 41-го танкового мехкорпуса Вермахта генерал Рейнгардт: «С трех сторон мы вели огонь по железным монстрам русских, но всё было тщетно. Русские гиганты подходили всё ближе и ближе. Один из них приблизился к нашему танку, безнадежно увязшему в болотистом пруду, без всякого колебания черный монстр проехал по танку и вдавил его гусеницами в грязь». Из этого описания несложно заметить, что танк КВ вел себя с частями Вермахта точно так, как если бы он выкатился на поле боя под Ватерлоо. Генерал Рейнгардт описывает, как немцы прикатили на поле боя 150-миллиметровую гаубицу. Она ударила по танку прямой наводкой, после чего КВ втоптал ее в землю. У немцев не было, что противопоставить такому танку. При этом только в войсках Юго-западного фронта КВ было 265 единиц. Помножим 265 на 22, жертвы лейтенанта Зиновия Колобанова, и окажется, только эти КВ могли уничтожить гитлеровские танки полтора раза, причем без всякого вреда для себя.

И где же были эти танки? А нигде. Вот 37-я танковая дивизия. В дивизии по состоянию на 22 июня 316 танков, боевые потери – 0. Осталось на 26 июня 221 танк. 10-я танковая дивизия. Было 363 танка, боевые потери – 53 танка. Осталось к вечеру 26 июня 39 танков. Остальные, включая 40 КВ, растаяли.

Вот совершенно уникальная дивизия – 3-я танковая. К 28 июня, за шесть дней из 337 танков в дивизии осталось 255, а численность личного состава упала до 67%. В чем же ее уникальность, спросите вы? Это же блестящие результаты – за шесть дней с начала войны количество танков и солдат в дивизии сократилось всего на треть. Уникальность заключается в том, что дивизия стояла в глубоком тылу и передвигалась не от фронта, а к фронту.

А есть что-то, что Красная армия в это время не теряла? Да, отвечает Солонин, это грузовики. Если взять ту же самую 10-ю танковую дивизию, в которой из 363 танков через четыре дня осталось 39, то из 864 ее грузовиков за Днепр пришло 613 машин. Зачем нужны грузовики? Чтобы драпать.

Итак, к 9 июля Красная армия потеряла 11,7 тысячи танков, 19 тысяч орудий и минометов, более миллиона единиц стрелкового оружия. К концу сентября, повторюсь, 15,5 тысячи танков, 67 тысяч орудий и минометов, почти 4 млн. единиц стрелкового оружия. Это были сотни тысяч тонн стали. Это было оружие, созданное ценой миллионов жизней. Это была продукция Харьковского, Челябинского, Сталинградского тракторного заводов, за которую было заплачено голодом и людоедством. Вопрос – что было причиной этого беспримерного бегства? Ответов только два. Перерыв на новости

Ю. ЛАТЫНИНА: Итак, что было причиной этого беспримерного бегства? Ответов только два. Один заключается в том, что 22 июня 1941 года весь русский народ внезапно превратился в трусов. Кого только ни называли трусами в мировой истории – итальянцев, австрийцев… Помните, у Лермонтова – «бежали робкие грузины». Трусами честили японцы китайцев и белые негров. Поправьте меня, но я не припомню ни одного случая в истории похода Суворова или наполеоновских войн, чтобы кто-то назвал русские войска трусами. И вот 22 июня 1941 года все солдаты превратились в трусов. Вместо того, чтобы сидеть в безнаказанной громаде КВ, безнаказанно втаптывать в грязь стреляющие по ним в упор 150-миллиметровые немецкие гаубицы, они драпали.

Другое объяснение заключается в том, что солдаты бросали оружие, потому что ненавидели Сталина, и их бегство было настоящим всенародным референдумом. Референдумом о том, как на самом деле российский народ относится к кровавому палачу, отнявшему у него свободу, собственность и жизнь.

Сталин был великий психолог, который правильно рассчитал, что если превратить людей в рабов, а потом напустить их на противника, то эти рабы будут убивать и грабить, желая выместить собственное рабство на противнике. Это нормальная реакция человека, втоптанного в рабство. Сталин забыл подумать о том, что случится, если рабам придется обороняться. Ответ заключается в том, что рабы восстанут.

Те, кто являются поклонниками Сталина, исповедуют, очевидно, первую точку зрения, они считают, что был великий Сталин, который всё предусмотрел, у которого было 24 тысячи танков, включая неуязвимые монстры КВ. Но тут вся Красная армия отпраздновала труса и разбежалась. Сталин был велик, только народишко ему достался никудышный.

Я исповедую вторую точку зрения о том, что российский народ способен на чудеса храбрости, но после 22 июня он не видел причин сражаться за палача. Это было не бегство, это был бунт. Есть ли еще какие-то объяснения или скорее важные дополнения причинам катастрофы 22 июня? О да. Одно – это полный, тотальный обвал цепочки командования. Опять же процитирую по Солонину воспоминания Болдина. В первый день войны Болдин, первый зам. командующего Западным особым военным округом, прилетает к Белостоку и едет к фронту. По пути он встречает драпающий из Белостока ЗИС-101. "Из его открытых окон торчат широкие листья фикуса". Представительский ЗИС мог оказаться в распоряжении только трех человек – секретаря обкома и начальников облуправления НКВД и НКГБ.

Иначе говоря, начавшая война не совпадала с представлением командующих палачей о прекрасном, их идеалом была война как в Катыни: вот стреляешь в затылок связанному польскому офицеру, и так 22 тысячи раз. Когда оказалось, что война – это когда в тебя стреляют, сталинским палачам это показалось нечестным, и они драпанули от линии фронта, прихватив с собой фикус. Заметим, что импотенция начальства – это не вторая причина поражения, это та же самая причина. При каких условиях начальство бежит с поля боя еще до начала сражения? Когда оно знает, что ему начнут стрелять в спину.

Есть ли еще обстоятельства, которые необходимо учесть для объяснения разгрома? Да. Война начинается 22 июня, но первые ее выстрелы, которые слышит в Ковеле полковник Федюнинский, командир 15-го стрелкового корпуса, это не выстрелы немцев, это выстрелы украинских повстанцев, которые стреляют по машинам, присланным за полковником.

А во Львове 24 июня комиссар 8-го мехкорпуса Попель описывает городские бои, опять же не с немцами – с мятежниками: «Понять, где наши, где враги – пишет Попель, – никак нельзя, форма на всех одинаковая, красноармейская». Всю эту стрельбу в тылу тогда относили насчет гитлеровских диверсионных групп. Но в том-то и дело, что Вермахт не высадил в те дни в тылу Красной армии ни одного десанта. Более того, форма на всех одинаковая – красноармейская. Очень трудно себе представить, что люди, стрелявшие по комиссару Попелю во Львове, были исключительно украинскими националистами. Скорее всего, комиссару Попелю стреляли в спину те люди, которые ненавидели комиссара Попеля.

В чем же причина этого беспримерного, как в истории России, так и в истории Второй мировой войны, сотрудничества с оккупантами? Я цитирую Солонина Неужели русский народ испортился? С французами не сотрудничал, к англичанам под Севастополем не перебегал, японцам в 1905-м не сдавался, а вот появился величайший гений всех времен и народов генералиссимус Сталин, и народ стал толпами перебегать. И к кому? К людоедам.

12 сентября 1941 года Сталин подписывает директиву о создании заградотрядов. Это что за зверь такой – заградотряды? Это ведь тактика террористов, когда не ты воюешь, а кто-то впереди тебя, кому ты при случае пустишь пулю в затылок. Во всей мировой истории нет ничего подобного. Есть только отдаленные аналоги – например, палестинские террористы. Еще в Китае был такой военный строй – всадники, скованные цепями, чтобы, значит, не разбегались. В России такого не было. Воевали со шведами – не было заградотрядов, воевали с французами – не было заградотрядов. На чужой земле воевали, Плевну брали, Измаил, Париж, в горах Кавказа дрались насмерть с диким чеченом – не было заградотрядов. Но появился самый величайший человек в истории – и возникла нужда заградотрядов.

Из вышесказанного следует важная вещь. Вошло в моду, с подачи Жукова, издеваться над Сталиным, что вот, мол, к войне были не готовы, все танки были устаревшие, а Сталин еще и приказывал контратаковать. Так если вы посмотрите на события с точки зрения Сталина, то его приказы являются совершенно логичными. Что знал Сталин? Что он обладает семикратным преимуществом в танках, абсолютным преимуществом в их боевых характеристиках, что один КВ способен ездить по полю боя под Белостоком также безнаказанно, как по полю боя при Ватерлоо. Да, Гитлер напал, это представляет из себя некое тактическое неудобство и большую идеологическую выгоду. Наш танк думал, как раздавить гитлеровский «Запорожец», а «Запорожец» вдруг сошел с ума и сам шмякнулся о танк. Ну и что? В итоге результат для «Запорожца» всё равно одинаков.

И вдруг вся эта громада, как колосс на глиняных ногах, складывается и бежит, бросая 15 тысяч танков. Представить себе, что его народ настолько его ненавидит, Сталин вряд ли был в состоянии. Так что приказы о контратаках были совершенно логичны, они вытекали из всего, что Сталин знал о своей армии. И не менее логичен был еще один приказ – признать пленников изменниками. Посмотрим опять же на происходящее с точки зрения Сталина. Сталин знал, что эти пленные, обладая полным превосходством, сдались, бросили 15 тысяч танков и 3,8 млн. винтовок, только потому что они были против Сталина, как оно, вероятно, и было на самом деле.

Ну хорошо, скажете вы, почему бежали – понятно. А почему потом остановились? Бежали, бежали, а почему ж потом выиграли войну? Это вопрос так прост и так жуток, что даже самые бесстрашные историки боятся давать на него ответ. Обычный ответ – вот народ понял, что Гитлер еще хуже Сталина, война действительно стала отечественной. Гитлер еще хуже Сталина, я согласна. Но вопрос – как в тоталитарном государстве народ мог это понять? Хронику посмотрел? В июне хронике не верил, в июле не верил, а в октябре поверил.

Народ услышал, что великий и мудрый товарищ Сталин приказал не оставлять противнику ни килограмма хлеба, ни литра горючего, обрекая тем самым на верную смерть 40 миллионов оставшегося за чертой оккупации населения, что великий и мудрый товарищ Жуков повелел разъяснить всему личному составу, все семьи сдавшихся врагу будут расстреляны, что великий и мудрый товарищ Сталин приказал разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск. И решил народ: «Ну что вы, Гитлер гораздо хуже Сталина» и стал драться насмерть.

Страшный ответ заключается в том, что войну действительно выиграл Сталин. И оружием, которым он его выиграл, стал не танк, не самолет, не гаубица, а заградотряд. "До самого конца русские, не обращая внимание на потери, бросали пехоту в атаку в почти сомкнутых строях". Это пишет генерал Меллентин, это пишут все немецкие офицеры, отражая основную тактику Красной армии. «Атаки русских проходят по раз и навсегда данной схеме, большими людскими массами», – это немецкая разведка в 42-м году. «Большие, плотные массы людей маршировали по минным полям», – это уже немецкий офицер о боях под Киевом. Это с немецкой точки зрения.

А вот как выглядело описание самих солдат, например Николая Никулина, члена-корреспондента Российской академии художеств, ведущего научного сотрудника Эрмитажа, который в 41-м попал связистом в 13-й артиллерийской полк. Погостье, страшное место под Ленинградом. Цитирую Никулина: «Штабеля трупов у железной дороги выглядели пока как заснеженные холмы. Были видны лишь тела, лежащие сверху. Весной, когда снег растаял, открылось всё, что было внизу. У самой земли лежали убитые, в летнем обмундировании, в гимнастерках и ботинках. Это были жертвы осенних боев 1941 года. На них рядами громоздились морские пехотинцы в бушлатах и широких черных брюках. Выше – сибиряки в полушубках и валенках. Еще выше – политбойцы в ватниках и тряпичных шапках. На них – тела в шинелях и маскхалатах, с масками на головах и без них».

За волнами пехоты, которые катились одна за другой, стояли заградотряды. Рядовые не могли отступить, но это не означало, что не могли отступить командиры. Для того чтобы отступить, им надо было всего лишь израсходовать личный состав. «Давай, мать твою, дорасходуй живую силу, отступаем на формирование», – это воспоминания отца Дмитрия Орешкина. А в воспоминаниях Никулина есть такая деталь. После войны он встречается с немцем, который воевал против русских с той стороны. И немец вспоминает, как к нему на передовую прискакал офицерик и ну поднимать войска в атаку против опять же неприступной линии обороны русских. Первым вскочил на бруствер, первым получил пулю – в атаку никто не пошел.

У руководителей Красной армии таких проблем, как у германского офицерика, не было. Вот 311-я дивизия возле того же Погостья, опять Никулин. Он пишет, как он заглядывает случайно в место, где находится штаб командира дивизии: «На столе стояла бутыль с водкой, лежала всяческая снедь: сало, колбасы, консервы, хлеб, рядом высились кучи пряников, баранок. У стола сидела полуголая и тоже пьяная баба». В довершение следует добавить, что штатная численность стрелковой дивизии в 1941 году была 14 тысяч человек, а 311-я потеряла убитыми 60 тысяч, а пропустила через себя 200 тысяч.

«Чтобы держать в повиновении аморфную массу плохо обученных бойцов, – это опять же Никулин, – расстрелы проводились перед строем. Хватали каких-нибудь хилых доходяг, или тех, кто что-нибудь взболтнул, или случайных дезертиров, которых всегда было достаточно, выстраивали дивизию буквой «П» и без разговоров приканчивали несчастных».

Есть масса других российских воспоминаний. Вот, например, есть воспоминание командира дивизии Гладкова, которого в 44-м (заметьте, не в 41-м или 42-м году) бросают в наступление. И когда он осмеливается сказать вышестоящему командующему Масленникову, что нужны для этого артподготовка и боеприпасы, то Масленников орет: «Ты меня учить будешь? Нет боеприпасов. Сам иди в атаку». Гладкову – а Гладков настоящий русский офицер – еще повезло, он был все-таки комдив. Потому что основной костяк расстреливаемых чекистами перед строем и состоял вот из таких «паникеров» и «трусов», которые считали, видите ли, нужным палить из пушек по высоте, вместо того чтобы израсходовать солдат и дать возможность товарищу чекисту отступить в тыл на переформирование.

Кстати говоря, это сейчас всё это пытаются забыть любители Сталина. Генерал Жуков сам в ответ на вопрос генерала Эйзенхауэра, как вы разминируете минные поля, так и ответил генералу: «Да как? Вот пускаем солдат, они и разминируют своими телами». И это самая страшная правда. Войну, действительно, выиграл Сталин, выиграла его стратегия – гнать и гнать людей вперед, на минные поля и немецкие пулеметы. При этом расходным материалом были не люди, была сама Россия.

Что делал Жуков под Ельней в августе 1941 года? Бросал пехоту на штурм сначала врытых в землю танков, потом пустых минных полей, когда Гудериан пошел под Киев. Что делал Жуков, этот «браконьер народа русского», как назвал его Виктор Астафьев, подо Ржевом три года, точнее в течение 15 месяцев? Бросал полк за полком, дивизию за дивизией на абсолютно бессмысленный штурм укрепленных немецких позиций. Потери превысили 2 млн. человек. Сам город был уничтожен полностью: из 40 тысяч населения в живых остались 248. Ржев – это самая кровопролитная битва за всю историю человечества. Что мы о ней знаем? Официальная историография о ней ничего не сообщает, поскольку там не одержана победа.

Может быть, мы выучились воевать к 1944-му году? Цитирую Бешанова, книга «Год 1944 – «победный»: "Потери в 44-м году составили, по неполным данным, 6,5 млн. солдат и офицеров убитыми и ранеными. Т.е., как и в предыдущие годы, действующая армия была израсходована почти на 100%". 1945 год. При взятии Берлина ежесуточные потери Красной армии составляют 15 тысяч человек в день. Это самые большие потери за войну. Две танковые армии погибли в Берлине. Почему? Из-за социалистического соревнования между Коневым и Жуковым за то, кто первым возьмет Берлин.

Самый страшный вопрос другой – когда появилась эта стратегия? 30 ноября 39 года начинается Зимняя война с Финляндией. Война грандиозная, как по количеству привлеченных войск, так и по числу потерь. 127 тысяч убитых. До сих пор историки спорят, эта война была удачей или позором. Но исходят при этом почему-то из критериев того, как бы эту войну оценивал Эйзенхауэр, скажем.

Важно же понять, как Сталин оценивал эту войну. Это очень легко. Потому что Сталин после проигранных войн расстреливал маршалов, а после выигранных возвышал. Так вот что сделал Сталин с маршалом Тимошенко, который командовал кампанией? Ответ – 8 мая 1940 года он назначает Тимошенко наркомом обороны, а через 10 дней после своего назначения Тимошенко подписывает мобилизационный план Красной армии на 41-й год. В нем значится – цитирую – «потребность на покрытие предположительных потерь на год войны в младшем начальствующем составе и рядовом составе рассчитана, исходя из 100-процентного обновления армии». Сколько полагалось мобилизовать до начала войны? 7 млн. 850 тысяч человек. Умножим эту цифру на четыре года войны и увидим, что Сталин планировал потерять даже больше, чем потерял.

Вот это самое важное. Потери под Ельней, подо Ржевом, 100-процентное обновление армии в 44-м году – это не вынужденные события, это не тактика, это не следствие бездарности Жукова. Это стратегия. Стратегия, которая заключается в том, что Россия, ее народ совершенно сознательно приговариваются к роли топлива, сгорающего в гигантской военной машине, наползающей на мир.

Сколько во Франции живет в 39-м году? 41 миллион. Сколько в Италии? 43 миллиона. Так почему же не потратить столько же россиян? Это надо понимать тем, кто хвалит Сталина. Либо Сталин, либо Россия. Сталин не просто сжег Россию в этой войне. Это было сделано совершенно сознательно. И в этом смысле согласимся, Сталин, действительно, создал нечто невиданное в мировой истории. Все гениальные полководцы в мире работали с той армией, которая у него была. Александр Македонский – с фалангой, Цезарь – с легионом.

Есть только два правителя в истории человечества, которые реализовали другую стратегию. Они считали, что не нужно гениальных полководцев, а нужно создать такой строй, который породит армию, способную выигрывать сражение при любом полководце. Один – Цинь Шихуанди, основатель империи Цинь, другой – Иосиф Сталин. Если вы посмотрите те книги, на которых основывался Цинь Шихуанди, который считал, что государство нужно превратить либо в солдат, либо в тех, кто снабжает солдат продовольствием, а всех паразитов, т.е. музыку, добродетель, почитание старых порядков, человеколюбие, бескорыстие, красноречие, острый ум, ликвидировать, и тогда государство одержит победу, то вы увидите, что это очень похоже.

Сталин, как и Цинь Шихуанди, избавился от десяти «паразитов». Сталину, как и Цинь Шихуанди, не были нужны гениальные полководцы. Он создал такую систему, которая порождала армию, выигрывающую в конечном итоге любые сражения. И согласимся с почитателями Сталина – именно эта система выиграла войну. Но она истратила русский народ дотла. «Он и товарищ Сталин, – это про Жукова, – сожгли в огне войны русский народ и Россию», – это говорит Виктор Астафьев.

Минимум 28 млн. человек, погибших в войне, еще раз повторяю, это следствие главного стратегического приема, запланированного Сталиным и отраженного в мобилизационном плане еще 1940 года. И каждому, кто хвалит Сталина, надо выбирать: либо он хвалит Сталина, истратившего русский народ дотла, хвалит командира 311-й дивизии, парившегося в тылу с бабами, хвалит палачей, расстреливавших перед строем тех, кто отказывался бросать своих солдат на штурм без артподготовки, либо он за тех, кто умер под Ельней, под Ржевом, под Погостьем.

И самое страшное во всей этой истории заключается в том, что, с точки зрения Сталина, он войну не выиграл, Сталин войну проиграл. Сталин с момента прихода к власти готовился к войне за мировое господство. Чтобы создать базу для этой войны, Сталин уничтожил не миллионы, а десятки миллионов. Чтобы создать международные условия для этой войны, Сталин взрастил Гитлера, он выпестовал его, использовал в качестве ледокола, заставил ведущие мировые демократии стать союзниками Сталина, снабжавшими его бесконечным количеством всего, что надо для войны. И вот эту войну Сталин проиграл.

За три месяца после 22 июня 1941 года, еще раз повторяю, вся огромная военная машина потеряла 15,5 тысячи танков, 67 тысяч орудий и минометов, 3,8 млн. единиц стрелкового оружия. Советской военной машине был нанесен такой смертельный удар, что, наступая в 45-м году, она захватила только половину Европы.

И тогда же выяснилась еще одна страшная для Сталина вещь. Сталин был без преувеличения гениальным военным конструктором. По сути, это главный конструктор СССР. Именно Сталин решал, какие самолеты и какие танки ему нужны. Он досконально разбирался в чертежах. Он лично звонил Ильюшину, например, с требованием снять стрелка с задней полусферы или, наоборот, поставить.

Но Сталин поразительным образом готовился, возможно, как и все генералы мира, к прошлой войне. Та война, к которой готовился Сталин, была Первой мировой, позиционной войной, в которой танки и артиллерия взламывали оборону противника. И все решения Сталина были связаны с созданием более совершенных танков и самолетов, более совершенных способов эту оборону взломать. Парадоксальным образом Сталин проигнорировал все новейшие технические разработки – реактивные двигатели, ракеты, работу над ядерным оружием. Все они были начаты только после того, как НКВД доложил, что такие работы ведутся на Западе. Это было тем более обидно, потому что советские ученые имели пионерные идеи практически во всех этих сферах.

И когда в конце Второй мировой США взорвали над Хиросимой и Нагасаки атомную бомбу, у Сталина атомной бомбы еще не было. В этих условиях продолжать войну было бессмысленно. И Сталин это знал. Именно поэтому он не принял Парад Победы и при его жизни не была написана история войны с Германией. А это означало, что СССР обречен. СССР в начале 40-х годов мог реально рассчитывать на покорение Европы.

Когда демократические лидеры, как и подобает демократическим лидерам, были слишком трусливы и ограничены, чтобы готовиться к войне, когда общественное мнение в Европе во многом определялось агентами Сталина, если бы Сталину удалось захватить сравнительно нетронутой промышленную базу Германии и Франции, он, действительно, стал бы хозяином всей Европы. Дальше великий поход Мао в Китае, дальше освободительное движение. А вот без европейской промышленности СССР, где 90% экономики работало на ВПК, где с каждым днем техническое отставание делалось всё нагляднее, где крупные достижения оказывались уворованными с Запада, где сам механизм принятия решения был такой, что НКВД, а потом КГБ сообщил, что это делается на Западе, и делаем потом и мы, – без этого Сталин был обречен.

Именно поэтому всё, что мы имеем сейчас, было заложено при Сталине. Мы имеем демографическую катастрофу, мы имеем экономическую катастрофу, когда промышленность, создававшаяся только для войны, оказалась неконкурентоспособной, мы имеем экологическую катастрофу в городах, воздух которых отравлен, а вид которых в точности напоминает концлагерь: бараки – в жилой зоне, промзона – заводы.

Нам говорят – Сталин принял Россию с сохой, а оставил ее с атомной бомбой. Так вот у меня был прадед, которого звали Яков. Он был крестьянин из деревни Бородино, той самой. И к тому времени, когда его раскулачили, у него была конная сеялка и конная веялка. И вот когда мы с отцом в конце 80-х приехали в Бородино, мы увидели там три покосившихся избы и старую бабку, которая нам показала эту сеялку и веялку и сказала: «До конца 60-х наш колхоз сеял яковой сеялкой и веял яковой веялкой».

Мне трудно себе представить развитие событий, при котором Россия Столыпина, Россия, в которой за несколько лет в Сибири появилось 3 миллиона процветающих крестьянских хозяйств, Россия, которая обладала бесконечным генофондом работящих крестьян и огромными природными богатствами, не обзавелась бы к середине 20-го века ядерной энергией без Сталина.

Но мне очень легко себе представить, что без Сталина в деревне Бородино не сеяли бы в 60-х годах яковой сеялкой и не веяли бы яковой веялкой. Вот этого не хотят признавать поклонники Сталина, то, что он принес Россию в жертву собственной идее завоевания мира. По счастью для мира, проиграл.

Сталин был как вирус – вирус встраивается в клетку и переключает все ее ресурсы на себя, вычерпывает дотла, заставляет производить вместо других клеток себя. Ему не важно, что хозяин умрет. За это время вирус настолько размножится, что заразит новых хозяев. Такова же была и стратегия Сталина – вычерпать Россию дотла, истребить, но в процессе заразить полмира, получить новые заводы и новые народы для размножения. И вот не сработало. Сталин организовал не победу во Второй мировой войне. Сталин организовал всю Вторую мировую войну. И эту войну, в его понимании, он проиграл. Поэтому, еще раз повторю, он не принимал Парада Победы и поэтому в СССР при жизни Сталина не было создано истории войны.

Часто говорят, что в истории не бывает сослагательного наклонения. А вот вдруг Бронштейн, если бы Сталин его не расстрелял, всё равно бы ничего не открыл? А вдруг Лангемак больше бы не построил ни одной ракеты? А вдруг 20 млн. кулаков, если бы они не были высланы, прекратили бы разом работать? А вдруг из тех 20 миллионов, которые погибли под Ельней, под Берлином, ни один не сделал бы в жизни ничего – не сочинил бы ни одной симфонии, не написал бы ни одной великой книги, не родил бы ни одного сына, который бы сделал гениальное открытие. И вообще, мол, в 1913 году ну да, Россия развивалась. А вдруг бы она сама собой прекратила развиваться? Была в 1913 году с сохой и в 1953-м тоже с сохой бы и осталась. Что, мол, сравнивать Россию с США или с Европой?

Тогда возьмем для сравнения ту часть Российской империи, которую Сталину не удалось завоевать. Я имею в виду Финляндия. Вряд ли кто в начале 20-го века стал бы называть чухонцев самой развитой частью империи. . История Финляндии в 20-м веке не сахар. Она перенесла две войны. В обеих под ружья были поставлены все, кто умел сражаться. В феврале 44 года Хельсинки стал объектом крупнейшей за всё время Второй мировой войны операции советских ВВС – на город было сброшено 2,5 килотонны бомб. В 1945 году от Финляндии отрезаны лучшие куски территории, у нее забрали никелевые месторождения в Печенге, заставили выплатить 300 млн. долларов товарами по довоенным ценам и еще 6,5 млрд. финских марок.

Переедьте финскую границу в Выборге, посмотрите на асфальт, который вдруг перестал трескаться, на аккуратные домики вдоль шоссе, на города, похожие на города, а не бараки, и представьте себе, какой была бы эта страна, если бы в ней жили не 5,5 млн., а 600 млн. человек. Неужели, вы думаете, у этой страны не было бы ядерной энергии? Неужели, вы думаете, она не была бы сверхдержавой?

Nguồn gốc Đức của bom nguyên tử Xô Viết

Ю. В. Ергин


«Уфимский след» советской атомной бомбы

В самом начале Великой отечественной войны в Уфу было эвакуировано большинство научных учреждений Украинской Академии Наук, включая её Президиум. В нашем городе в общей сложности оказалось около 100 академиков и членов-корреспондентов АН УССР, свыше 50 докторов и 150 кандидатов наук, большинство из которых сразу же активно включились в выполнение работ по различным оборонным тематикам.

Настоящая публикация посвящена профессору Фрицу Ланге, немцу по происхождению, перед войной эмигрировавшему в СССР, руководителю одной из лабораторий Харьковского физико-технического института (в Уфе — заведующему спецотделом Объединённого института физики и математики АН УССР).

Пребывание Фрица Ланге в нашем городе было непосредственно связано с изготовлением на одном из уфимских предприятий высокоскоростной центрифуги для получения изотопа урана-235 (ядерного топлива для создания первой советской атомной бомбы), и об этом стало возможным говорить только после рассекречивания соответствующих материалов. Процесс рассекречивания (по истечении срока давности событий) произошёл достаточно быстро, но публикации материалов по проблеме создания атомного советского оружия порой сопровождались драматическими событиями, связанными с преодолением большого количества случайных, а иногда и искусственно созданных препятствий.

Вернемся на десять лет назад, когда в начале 1992 года на приём к директору Института истории естествознания и техники РАН с большой папкой документов с интригующими грифами „Совершенно секретно“, „Хранить вечно“, „При опасности сжечь“ и автографами Л.П. Берия, В.С. Абакумова, М.Г. Первухина, И.В. Курчатова и других не менее известных лиц пришёл бывший разведчик, в то время уже ветеран КГБ. А.А. Яцков, который предложил опубликовать только что рассекреченные материалы о роли советской разведки в создании отечественной атомной бомбы. Среди них наиболее интересными и важными были рукописные „отзывы“ И.В. Курчатова на материалы разведки, по которым можно было проследить, как формировалась советская атомная программа.

Уже в середине того же года часть этих документов была напечатана в журнале „Вопросы истории естествознания и техники“, почти весь тираж которого (составляющий 1289 экземпляров) по представлению Минатома был тотчас же „арестован“.

Весной следующего года научный мир и средства массовой информации были подвергнуты в состояние шока, когда на книжном рынке США появились воспоминания бывшего генерала КГБ. П.А. Судоплатова под названием „Специальные задания: Мемуары нежелательного свидетеля“, изданные при участии его сына и двух американских журналистов. В книге утверждалась полная несостоятельность советских специалистов в области создания отечественного атомного и водородного оружия, а знаменитые физики-ядерщики Р. Оппенгеймер, Н. Бор, Г. Гамов, Э. Ферми и Л. Сциллард назывались оборотнями, выдавшими Советскому Союзу в годы войны важнейшие сведения об американском атомном проекте, известном как „Манхеттенский проект“.

После этого в средствах массовой информации появились десятки публикаций, из которых совершенно невозможно было понять, где правда, а где вымысел о создании отечественной атомной бомбы. Тема тотчас же обросла фантастическими легендами, вплоть до самых абсурдных, что вынудило Президиум Российской Академии Наук на специальном заседании, состоявшемся 28 июня 1994 года, обсудить вопрос о необходимости создания объективной истории советского атомного оружия.

Ещё через полгода, 17 февраля 1995 года вышел Указ Президента РФ „О подготовке к изданию официального сборника архивных документов по истории создания ядерного оружия в СССР“. В соответствии с этим Указом в течение последующих пяти лет были приоткрыты ещё некоторые архивы и сразу же опубликованы десятки монографий, сборников, брошюр и мемуаров по истории Курчатовского института, Арзамаса-16, Челябинска-40, Челябинска-70 и других организаций, занимавшихся соответствующей тематикой.

В настоящей статье будут использованы лишь некоторые из них, а также документы о пребывании в Уфе в годы войны Украинской Академии Наук, хранящиеся в Центральном государственном историческом архиве (ЦГИА) и Центральном государственном архиве общественных организаций (ЦГАОО, бывшем Партархиве).

Необходимо хотя бы очень кратко напомнить предысторию создания отечественной атомной бомбы, отдельные эпизоды которой имеют самое непосредственное отношение к рассматриваемому вопросу.

Заманчивая перспектива высвобождения взрывом огромной внутриатомной энергии и возможность создания ядерного оружия появились в 1938 году сразу же после экспериментов по деления ядер урана бомбардировкой их нейтронами, проведённых в Германии Отто Ганом и Фрицем Штрассманом. В нашей стране первые исследования в этой области связаны с именами в то время молодых ленинградских физиков Г.Н. Флёрова и Л.И. Русинова, Я.Б. Зельдовича и Ю.Б. Харитона.

Полученные ими результаты об условиях возможности осуществления ядерного взрыва, в том числе первая грубая оценка критической массы урана для изготовления атомной бомбы, уже в августе 1939 года были доложены на открытом семинаре в Ленинграде в Физико-техническом институте, которым руководил академик А.Ф. Иоффе.

Аналогичные соображения о возможности практического осуществления цепной ядерной реакции независимо от указанных учёных были высказаны в ноябре 1939 года на Харьковской сессии Академии наук по физике ядра директором Украинского физико-технического института АН УССР академиком А.Н. Лейпунским.

В середине 1940 года, когда в Европе уже шла война, со страниц западных научно-технических журналов, как по команде, исчезли статьи зарубежных исследователей по урановой проблеме, из чего можно было сделать вывод о том, что она засекречена по военным соображениям.

В ноябре 1940 года на очередной сессии АН СССР по атомному ядру, состоявшейся в Москве, И.В. Курчатов сделал доклад, из которого следовало, что практическое овладение цепной ядерной реакцией становится делом самого ближайшего будущего. В своём докладе он ссылался не только на упомянутые выше теоретические расчёты Я.Б. Зельдовича и Ю.Б. Харитона, но и на открытое экспериментально Г.Н. Флёровым и К.Б. Петржаком спонтанное (без облучения нейтронами) деление ядер урана.

Сегодня мы знаем, что в это время президент США Рузвельт уже был ознакомлен с содержанием хорошо известного теперь письма Эйнштейна, в котором говорилось о том, что создание урановой бомбы чудовищной разрушительной силы совершенно реально и что этому нужно со стороны правительства уделить самое большое внимание, а работа американских физиков в области цепной атомной реакции должна быть полностью засекречена.

Однако указанная московская сессия АН СССР по атомному ядру закончилась заявлением академика В.Г. Хлопина (возглавившего с июля 1940 года Комиссию Академии наук по проблеме урана, в задачи которой входило развитие всех работ по изучению урана и возможностям использования его внутриатомной энергии) о том, что сейчас в стране не время просить правительство форсировать работы по делению урана и финансировать их, поскольку в Европе уже идёт война и деньги нужны совсем для других целей.

К его мнению присоединилось большинство участников сессии, в том числе и ряд физиков, включая академика А.Ф. Иоффе, которые считали, что получение килограммов урана-235 — настолько трудная задача, что на её решение понадобится не менее 20 лет и поэтому изготовление атомной бомбы в Германии не представляет реальной угрозы.

К счастью, далеко не все учёные разделяли такие пессимистические взгляды на возможность создания ядерного оружия за достаточно короткое время.

Среди них был мобилизованный в армию уже в первые дни войны лейтенант авиационной службы Г.Н. Флёров, который начал периодически „бомбардировать“ Государственный Комитет Обороны (ГКО), правительство и Академию наук письмами и телеграммами, настаивая на необходимости именно теперь, когда Германия вступила в войну с Советским Союзом, развернуть масштабные работы по созданию собственного атомного оружия.

К этому времени в руках 1 Управления НКВД СССР (разведка за границей) появились документы, свидетельствующие о значительном размахе работ по созданию атомного оружия за рубежом. Так, в сентябре и октябре 1941 года лондонская резидентура уже располагала многостраничными материалами о деятельности действующего в Великобритании Уранового Комитета, в которых содержались убедительные доводы в пользу целесообразности быстрого развёртывания в этой стране работ по созданию атомной бомбы, подробные сведения о её конструкции, данные о величине критической массы урана-235, об инициаторе для возбуждения в нём ядерной реакции и технологии производства этого изотопа методом газовой диффузии.

Совсем по другой линии (ГРУ — Главное Разведывательное Управление, военная разведка) соответствующая информация из Англии шла от хорошо известного теперь Клауса Фукса.

Несколько позднее (летом 1942 года) через Морриса Коэна и Артура Филдинга нашей разведке удалось проникнуть и в тайну американского Манхеттенского проекта.

Лондонская информация 1941 года долгое время не докладывалась И.В. Сталину и ждала своей реализации несколько месяцев вплоть до февраля 1942 года, когда фронтовыми разведчиками Красной Армии у убитого под Таганрогом немецкого офицера инженерных войск были обнаружены необычные записи, содержащие большое количество формул и графиков по урану и тяжёлой воде. Они срочно были доставлены в научный отдел Государственного комитета по обороне (ГКО) и, фактически, послужили первым документом, убедительно свидетельствующим в пользу того, что и Германия делает всё для создания собственного ядерного оружия.

Конечная цель пребывания фашистского офицера на оккупированном юге России состояла в организации поисков урановых месторождений и выяснении детальных подробностей всех исследований по ядерной физике, проводившихся до войны в Харькове в Украинском физико-техническом институте, который в то время уже был эвакуирован в глубокий тыл.

Как мы увидим ниже, особый интерес был проявлен к работам героя нашего повествования — профессора Фрица Ланге.

Фриц Ланге родился в декабре 1899 года в городе Фридрихсгаден — Берлин в семье служащего. В 1918 году после окончания реальной гимназии был мобилизован в армию, где находился 4 месяца, не принимая участия в военных действиях. Затем Ланге обучался в университетах Берлина, Фрейбурга и Киля, особое внимание уделяя физике, математике и химии. Был учеником выдающегося немецкого физика и физико-химика Вальтера Нернста (лауреата Нобелевской премии по химии, 1920 год) и под его руководством в 1924 году получил за исследования теплоёмкости твёрдых тел при низких температурах степень доктора философии.

Работая в Берлинском университете, Фриц Ланге проявил большой интерес к технике высоких напряжений и начал совместно с сотрудниками А. Брашем и К. Урбаном исследовать возможность использования грозовых электрических разрядов для ускорения заряженных частиц в ядерной физике. С этой целью в Швейцарских Альпах, недалеко от Лугано, в горном массиве Генерозо, известном большим количеством годовых молний, на глубине 1200 метров была построена специальная установка, одной из главных частей которой была антенна длиной около 800 метров.

В ходе экспериментов с напряжениями до 14–16 млн вольт трагически погиб Браш, но Ланге продолжил свои исследования и уже в 1930 году с Урбаном изготовил уникальный для того времени генератор, позволявший получать напряжения до 2,5 млн вольт.

В это время в СССР, в Украинском Физтехе в Харькове, основанном в 1928 году, была открыта первая в нашей стране ядерная лаборатория, использовавшая в качестве ускорителя заряженных частиц электростатический генератор Ван-дер-Граафа оригинальной конструкции. Именно с его помощью в 1932 году А.К. Вальтер, А.И. Лейпунский, К.Д. Синельников и Г.Д. Латышев впервые в СССР расщепили ядро атома лития на две альфа-частицы быстрыми протонами, искусственно ускоренными до энергии 250 кэВ.

Этот эксперимент сыграл выдающуюся роль в развитии ускорительной техники и ядерной физики в СССР. Украинский Физтех быстро становился крупным центром физической науки, именно в этом институте впервые в нашей стране были получены жидкий водород (1931 год) и жидкий гелий (1932 год).

По приглашению А.Ф. Иоффе Фриц Ланге в первый раз посетил Советский Союз в 1930 году. После прихода Гитлера к власти он эмигрировал в Англию, а в 1934 году, работая в Мондовской лаборатории у Резерфорда, принял предложение директора УФТИ. А.И. Лейпунского переехать в Советский Союз в Харьков. Украинскому Физтеху в то время был очень необходим опыт работы профессиональных зарубежных учёных. До войны в стенах этого института в разное время работали Фридрих Хаутерманс, Поль Дирак, Рудольф Пайерлс, Георг Плачек и другие не менее известные физики.

В 1936 году в Харькове Фриц Ланге построил импульсный ускоритель заряженных частиц на энергию 3,5 МэВ, в то время — самый большой в мире, и начал использовать его в различных областях физики. В начале 1937 года Ланге получил советское гражданство, а в феврале 1940 года ему без защиты была присуждена учёная степень доктора физико-математических наук.

Организованная Ланге в Харькове лаборатория ударных напряжений (ЛУН) уже в 1936 году подчинялась непосредственно АН СССР на правах специальной, предназначенной для решения задач оборонной промышленности.

Мы не знаем, когда Фриц Ланге заинтересовался проблемой практического разделения изотопов урана. Возможно, это было после выступления Ю.Б. Харитона в ноябре 1939 года на упомянутой выше Харьковской сессии АН СССР по атомному ядру, где последний предложил использовать свою разработку 1937 года для разделения изотопов урана с помощью центрифуги. Точно известно, что по заявке Ф. Ланге, В.А. Маслова (выпускника Харьковского университета) и В.С. Шпинеля (прибывшего в Харьков в 1936 году после окончания Киевского университета) „Способ приготовления урановой смеси, обогащённой ураном с массовым числом 235. Многокамерная центрифуга“ от 17 октября 1940 года было выдано авторское свидетельство на изобретение № 6359 (секретно).

Через несколько месяцев (1 января 1941 года) Ф. Ланге и В. Маслов подали ещё одну заявку на изобретение — „Термоциркулярная центрифуга“.

В сентябре 1941 года фашистские войска стремительно приближались к Харькову. Ланге вместе с другими сотрудниками Харьковского Физтеха оказался в Уфе, где уже находилось большинство институтов Украинской Академии Наук, включая её Президиум. Через некоторое время Физтех был эвакуирован в ещё более глубокий тыл (в Алма-Ату), а Фриц Ланге остался в нашем городе и возглавил специальный отдел в Объединённом институте физики и математики АН УССР. Некоторое время он занимался рентгенодиагностикой деталей, используемых в авиапромышленности, а также предложил несколько вариантов оригинальных взрывателей противотанковых мин, приводимых в действие на расстоянии.

Только в марте 1942 года Л.П. Берия впервые решился ознакомить И.В. Сталина с „немецким блокнотом“ офицера, убитого под Таганрогом, и документами лондонской резидентуры научно-технических разведок НКВД и ГРУ. Тогда же он предложил рассмотреть вопрос о создании при ГКО специального центра для организации и руководства работой по созданию отечественной атомной бомбы.

Теперь хорошо известно, что для принятия последующего решения по этому вопросу немаловажное значение сыграло также последнее письмо Г.Н. Флёрова, направленное в мае 1942 года в ГКО непосредственно на имя И.В. Сталина с решительным призывом безотлагательно начать работы в этом направлении. Оно заканчивалось словами: „Это письмо последнее, после чего я складываю оружие и жду, когда удастся решить задачу в Германии, Англии или США. Результаты будут настолько огромны, что будет уже не до того, чтобы выяснять, кто виноват в том, что у нас в Союзе забросили эту работу“.

Осенью 1942 года в кабинете И.В. Сталина состоялось специальное заседание ГКО. На повестке дня стоял один вопрос: о развёртывании в СССР исследований по созданию атомной бомбы на основании данных, полученных советской разведкой. Были приглашены академики А.Ф. Иоффе, Н.Н. Семёнов, В.Г. Хлопин и П.Л. Капица, признавшие информацию разведки весьма существенной, после чего было принято решение начать осуществлять в нашей стране собственный атомный проект.

По предложению А.Ф. Иоффе, с которым согласился И.В. Сталин, руководителем проекта назначался И.В. Курчатов. Ему было поручено за короткий срок подробно ознакомиться со всеми полученными разведкой материалами.

Распоряжением ГКО № 2352 от 28 сентября 1942 года „Об организации работ по урану“ президенту АН УССР. А.А. Богомольцу в очень сжатые сроки было поручено организовать под руководством профессора Ф. Ланге, находящегося в Уфе, разработку проекта лабораторной установки для получения урана-235 методом центрифугирования. Всего через месяц технический проект со всеми необходимыми чертежами должен был быть сдан казанскому заводу „Серп и молот“ для изготовления к 1 января 1943 года промышленного образца.

В Уфе в 1931 году был построен завод комбайновых моторов, который в 1940 году начали реконструировать для производства авиационных двигателей. Вскоре после начала войны на его площадях разместились эвакуированные с запада моторные заводы: Рыбинский №26, два ленинградских № 234 и № 451, часть подмосковного № 219, а также проектное бюро Московского института авиационного машиностроения. Поэтому неудивительно, что уже через некоторое время вместо казанского завода „Серп и молот“ изготовление лабораторной центрифуги Ланге было поручено заводу № 26.

12 апреля 1943 года по Академии Наук СССР сразу вышли два приказа. Первый — о создании нового научного коллектива, зашифрованного под названием „Лаборатория № 2“ и фактически положившего начало Институту атомной энергии (ныне „Курчатовский институт РАН“).

Вторым приказом начальником этого засекреченного объекта назначался профессор И.В. Курчатов.

Первоначально была собрана группа всего лишь из 5 человек: из Москвы — научные сотрудники Института химической физики Я.Б. Зельдович и Ю.Б. Харитон, из Свердловска (из Уральского Физтеха) — чл.-корр. АН СССР. И.К.Кикоин, из Казани — чл.-корр. АН СССР. А.И. Алиханов и уже известный нам Г.Н. Флёров.

13 апреля (всего через день после своего назначения) И.В. Курчатов в служебной записке на имя заместителя Председателя СНК СССР (одновременно министра химической промышленности) М.Г. Первухина пишет о задержке в изготовлении в Уфе центрифуги Ланге: „Одним из наиболее важных этапов работы Лаборатории № 2 является испытание центрифуги, изготовляемой по проекту проф. Ланге на моторном заводе № 26 в г. Уфе…. Выполнение центрифуги на моторном заводе №26, однако, недопустимо задержалось… Прошу Вашего распоряжения об ускорении изготовления центрифуги на заводе № 26“.

Сохранилась и другая служебная записка И.В. Курчатова от 29 апреля 1943 года, адресованная М.Г. Первухину, в которой говорится об испытаниях центрифуги Ланге в Уфе: „Сообщаю (на основе телефонного разговора с проф. Кикоиным, имевшего место 29 апреля с.г.) о ходе работ с центрифугой Ланге в г. Уфе. С 26 по 29 апреля было произведено 4 испытания аппарата на числе оборотов 12000 в минуту. Испытания показали неудовлетворительную работу шариковых подшипников. Сейчас производятся некоторые изменения в этой части прибора, и 3 мая с.г. намечено в 5-й раз провести испытания“.

Архивные документы свидетельствуют о том, что 17 мая 1943 года заведующий сектором Лаборатории № 2 И.К. Кикоин находился в Уфе в служебной командировке и принимал непосредственное участие в испытаниях центрифуги Ланге.

9 мая 1943 года Постановлением СНК СССР, подписанным И.В. Сталиным, АН УССР до 1 июля того же года переводилась из Уфы в Москву. Ряд её ведущих сотрудников перебрасывались для продолжения работ и в другие города. 17 июля 1943 года Фриц Ланге прибыл в Свердловск, он был прикомандирован к лаборатории электрических явлений Уральского филиала АН СССР, которой руководил И.К. Кикоин.

Первые эксперименты по разделению модельных газовых смесей с помощью изготовленной в Уфе центрифуги производились именно в этом городе. Дальнейшие испытания центрифуги Ланге, в модернизации которой активное участие принял Д.Л. Симоненко, привели в конце 1944 года к разработке оригинальной установки — самокаскадирующей противоточной колонки для разделения газовых смесей и изотопов. Подробности этих в своё время очень секретных испытаний недавно опубликованы.

Тогда же был чётко установлен и основной недостаток центрифуги Ланге: невозможность быстрого получения больших количеств урана-235, без которых производство атомной бомбы непозволительно затягивалось. Поэтому неудивительно, что после появления у советской разведки сведений о том, что в США для получения урана-235 в необходимых для изготовления атомной бомбы количествах использовался другой, альтернативный центробежному, диффузионный метод разделения изотопов, направление разработки промышленной проблемы наработки необходимого количества урана-235 было резко изменено.

Вот как сам И.В. Курчатов характеризовал разведывательные данные по урановой проблеме, до последнего времени хранившиеся „за семью печатями“: „Предпочтение метода диффузии методу центрифугирования для наших физиков и химиков явилось неожиданным. У нас была распространена точка зрения, согласно которой возможности метода центрифугирования стоят значительно выше возможностей метода диффузии, который считался практически неприменимым для разделения изотопных тяжёлых элементов. В соответствии с этой точкой зрения в начале постановки работ по проблеме урана предусматривались исследования только с центрифугой (метод Ланге)…. Таким образом материалы разведки позволяют, минуя первоначальную стадию, начать у нас в Союзе новое и весьма важное направление разработки проблемы разделения изотопов…“.

Уже в апреле 1945 года в руках И.В. Курчатова оказались и другие уникальные материалы разведки, сильно ускорившие работы по изготовлению советской атомной бомбы: данные по сечениям деления урана-235 и плутония-239 и детали ещё одного, также альтернативного центробежному, электромагнитного метода разделения изотопов.

Необходимость ускорения работ по изготовлению первой отечественной атомной бомбы заставила наших учёных пойти по уже проторённому зарубежными технологами пути: использованию диффузионного и электромагнитного методов разделения изотопов с целью получения необходимого для начинки атомной бомбы заряда в достаточном количестве.

Однако метод центрифугирования Ланге не был оставлен окончательно. В марте 1945 года Фриц Ланге был переведён в Москву и назначен руководителем Лаборатории № 4 при Первом главном управлении Совнаркома, которому были подчинены все задействованные в урановом проекте наркоматы и институты. Он продолжал заниматься своей центрифугой вплоть до начала 50-х годов. Эти работы носили секретный характер.

Параллельно с работами Лаборатории № 4 в Москве (И.К. Кикоин, Ф. Ланге, Д.Л. Симоненко) в Сухуми в институтах „А“ и „Г“ над той же проблемой трудился целый коллектив известных немецких учёных, вывезенных в СССР из Германии в 1945 году.

Совместными усилиями удалось разработать очень высокооборотную центрифугу с гибким ротором (ротор Штеенбека), которая по существу решила проблему „быть или не быть“ центробежному методу разделения изотопов в пользу последнего.

В период с 1951 по 1953 год немецкие учёные постепенно были выведены из работы по отечественному атомному проекту, а метод центрифуги был доведён до такого совершенства, что в 1962 году в нашей стране на смену диффузионному и электромагнитному методам разделения изотопов пришла уникальная центрифужная технология. Она в десятки раз уменьшила расход энергии в процессе разделения изотопов и в сотни раз сократила число необходимых ступеней разделения изотопов в каскадах колонок разделения, что очень существенно улучшило экономику обогащения урана и тем самым сберегло большое количество материальных и финансовых средств.

Показательно, что 20 лет до появления аналогичной технологии на Западе иностранные специалисты даже не подозревали о том, что в СССР была давно не только разработана, но и в промышленном масштабе освоена эффективная и сравнительно недорогая технология обогащения урана с использованием центрифуги, у истоков которой стоял Фриц Ланге.

Мир узнал о рождении американской атомной бомбы не в день её испытания в пустыне Аламогордо, а лишь тогда, когда в газетах появились названия уничтоженных атомными взрывами японских городов Хиросима и Нагасаки. На второй день после бомбардировки Нагасаки, вечером 10 августа 1945 года, И.В. Сталин вызвал И.В. Курчатова в Кремль и в самой жёсткой форме потребовал доложить, на какой научной стадии находились в этот момент разработки отечественной атомной бомбы.

Уже 20 августа вышло постановление ГКО СССР за №9887сс/п „О специальном комитете при ГКО“ (под председательством Л.П. Берия), положившее начало новому индустриальному этапу создания отечественной атомной бомбы. 25 декабря 1946 года состоялся пуск первого в Европе и Азии советского урано-графитового ядерного реактора Ф-1 , а 29 августа 1949 года в 7 час утра первая советская атомная бомба была взорвана на полигоне вблизи Семипалатинска. Тем самым была снята монополия США в этой области.

Дальнейшая судьба Фрица Ланге сложилась следующим образом. С августа 1952 года он был откомандирован в распоряжение Минвуза СССР. Некоторое время работал заведующим кафедрой физики в Днепропетровском химико-технологическом институте, а с 1953 года — профессором во Всесоюзном электротехническом институте, где занимался исследованиями в области технологий получения высоких напряжений и физики изолирующих материалов. В августе 1959 года Фриц Ланге вернулся на свою родину и занял должность директора Института молекулярной биологии Немецкой Академии Наук в Берлине. В 1980 году от правительства ГДР он получил высшую награду страны и совсем немного не дожил до падения Берлинской стены и образования единой Германии. Фриц Ланге умер 25 июля 1987 года.
http://wsyachina.narod.ru/history/sign_bomb.html

Nguồn gốc Đức của công nghệ "Stealth"

Немецкий след в технологии "Стелс"

То, что янки в 1980-х годах "изобрели" технологию самолетов-невидимок "стеле" известно многим, но вот о том, что задолго до этого, еще в 1940-х дотошливые немецкие конструкторы братья Раймар и Вальтер Хортены уже разработали и построили подобный самолет, в технической литературе почти ничего нет...


"Стелс" (англ. stealth - скрытность) - термин, используемый с середины 1970-х годов для обозначения средств и методов уменьшения радиолокационной (РЛ), инфракрасной (ИК), оптической и аккустической заметности военной техники. Применение технологии "стеле" ныне предусматривается во всех программах создания новых боевых самолетов, а основным современным средством дальнего обнаружения самолетов и ракет в ПВО являются радиолокационные системы РЛС, и поэтому наибольшее внимание уделяется уменьшению РЛ заметности летательных аппаратов.

Сама по себе радиолокация имеет довольно давнюю историю. Еще в годы Второй мировой войны уже появились радиолокаторы, которые сразу заняли ключевое место в системе ПВО. Используя сеть РЛС на юге страны, Великобритания смогла успешно противостоять налетам Люфтваффе. Существенно уступая немцам в численности, англичане, благодаря именно радиолокаторам в системе централизованного управления всей обороной страны, могли настолько успешно маневрировать имеющимися силами, что всюду немецкие летчики нарывались на заслоны истребителей-перехватчиков. Даже неся существенные потери, британские ВВС уничтожали практически всё, включая и ракеты ФАУ, что Гитлер бросал на Англию.

Германия быстро наверстала упущенное, и вскоре немецкие локаторы "Фрейя", "Вурцбург" имели дальность обнаружения целей до 195 км, а с 1942-го "Маммут" и "Вассерман", поступившие на вооружение ПВО рейха, уже уверенно обнаруживали самолеты противника на дальности до 260 км. Вот тут-то немцы, возможно, первыми пришли к выводу: стратегический бомбардировщик должен иметь по возможности малую радиолокационную заметность. Впрочем, об этом - чуть позже, а пока возвратимся к техническим новациям американцев.

Широкомасштабное применение технологии "стеле" было осуществлено фирмами "Локхид" и "Нортроп" в конце 1970-х годов и определило облик разработанных ими ударного самолета F-117А и стратегического бомбардировщика В-2. по схеме "летающее крыло". Эти самолеты были с определенной ориентацией плоских поверхностей и кромок для уменьшения числа максимумов эффективной поверхности рассеивания (ЭПР) и их вывода из сектора наиболее вероятного облучения, с заделанными щелями на внешней поверхности, с внутренним заглубленным размещением двигателей, с тоннельными воздухозаборниками, с предотвращением РЛ облучения компрессора двигателя и внутренним либо экранизированным размещением подвесного вооружения.

Летные испытания ударного самолета фирмы "Локхид" F-117A проводились близ авиабазы Неллис, а первый серийный самолет поднялся в воздух в январе 1982-го. Его конструкция металлическая - алюминиевые и титановые сплавы. Вся обшивка покрыта специальной оболочкой в виде плоских панелей из ферритовых и ферромагнитных полимерных радиопоглощающих материалов, которые крепятся с помощью специального эпоксидного клея. Оболочка состоит из шести слоев. Внешне она напоминает линолеум, нижний слой ее включает металлическую сетку из тончайшей проволоки.

Характерно, что радиопоглощающие материалы, в зависимости от места использования, применяются также в виде краски, спецпокрытий и даже шпаклевки на остеклении фонаря кабины, обтекателях оптикоэлектронной аппаратуры. F-117А имеет сугубо пирамидальную конфигурацию. При такой сложнейшей форме происходит многократное переотражение электромагнитной энергии от облучающей самолет РЛС в различных направлениях, чем и достигается ее рассеивание.

В ноябре 1988-го на аэродроме Палмдейл был официально продемонстрирован новейший стратегический бомбардировщик фирмы "Нортроп", выполненный по технологии "стеле", - В-2. Кабина экипажа размещена в обтекаемой надстройке, не выходящей за переднюю кромку крыла, при полном отсутствии фюзеляжа. Четыре двухконтурных турбореактивных двигателя размещены в задней части крыла, по бокам от кабины экипажа, а два сдвоенных воздухозаборника расположены по бокам кабины в верхней поверхности крыла. Вся конструкция имеет плавные обводы. Все элементы конструкции идеально сопряжены. Технология "стеле" у В-2 включает в себя следующие элементы. Изготовление планера с плавными обводами исключает появление эффекта уголкового отражения. Применение радиопоглощающих материалов и экранов обеспечивает изменение направления отраженной электромагнитной волны. Конструкция изготовлена с максимальным использованием композиционных материалов.

По оценкам Конгресса США, реализация программы бомбардировщика В-2 может составить 70 млрд. долл. Но эти средства вполне оправданы, судя по заявлению министра ВВС США: "Бомбардировщик В-2 - это надежда Америки. Он является исключительно важным компонентом наших стратегических ядерных сил. Технология "стеле" позволит ему проникать через самые совершенные системы ПВО и сделает его оружием XXI века".

Теперь самое время рассказать об изобретении немцев, свершенном более полувека назад, которое имеет к американскому В-2, как ни странно, самое прямое отношение. В 1943 году, после поражения германских войск на Кавказе и под Сталинградом, ощутив запоздалую, но острую необходимость в дальних бомбардировщиках большой грузоподъемности, маршал Геринг официально заявил, что германские авиастроительные фирмы должны предоставить проекты дальнего бомбардировщика по программе "1000-1000-1000", способного доставить 1000 килограммов бомб на расстояние 1000 километров со скоростью 1000 км/ч. А осенью 1944-го, после очередного экстренного совещания у Геринга, фирмы "Юнкере", "Мессершмитт" и "Ко-манда-9", в которой работали талантливые авиационные конструкторы братья Вальтер и Раймар Хортены, получили срочное задание спроектировать бомбардировщик грузоподъемностью в 4 тонны, способный поразить цели на дальности до 7000 км. Однако братья Хортены сосредоточили свои усилия на реализации проекта "Три тысячи".

Получив богатый опыт в конструировании самолетов "летающее крыло" под стандарт дальнего бомбардировщика, Хортены усовершенствовали свои разработки. В это же время многие германские фирмы также представили свои варианты, среди которых встречалась и концепция "летающего крыла". Учитывая важность критериев грузоподъемности и дальности полета, разные конструкторы невольно приходили к одному и тому же решению. Но выбор технической комиссии все же пал на проект братьев Хортен, которые представили чертежи и расчеты своего аппарата под индексом HIX. Он превосходил конкурентов по бомбовой нагрузке в 2 раза (две тонны против одной), а по максимальной дальности полета - более чем в 1,5 раза (1600 км против 1000). При этом максимальная скорость должна была составить 960 км/ч.

В августе 1943-го Герман Геринг приказал построить для пилотажных испытаний два самолета типа HIX. Один самолет без двигателей Хортены должны были закончить к марту, а второй, оборудованный двумя турбореактивными двигателями BMW - к июню 1944-го. Это был триумф конструкторов: Раймар и Вальтер Хортены получили в свое распоряжение производственные мощности в Херсфельде, Геттингене, Кирторфе и еще в пяти других городах Германии. Самолет HIX братьев Хортен был выполнен по схеме классического "летающего крыла" с размахом 16,8 м и с утолщением в центральной части. Там располагалась пилотская кабина, два двигателя и механизмы выпуска шасси. В выступающей хвостовой части, ее еще называли "бобровым хвостом", размещался бомбовый отсек, который во время испытаний занимал тормозной парашют. Вся конструкция планера изготавливалась из дерева, за исключением центральной несущей части, каркас которой сваривался из стальных труб. Деревянный каркас самолета покрывался толстой авиационной фанерой толщиной 17 мм. Но это рассматривалось, лишь как временное решение, позволяющее сэкономить время перед серийным производством. На серийных машинах покрытие планировалось заменить на композит из двух слоев полуторамиллиметровой фанеры, между которыми помещалась бы смесь порошка древесного угля, опилок и клея толщиной 12 мм. Как показывали многочисленные исследования, эта смесь обеспечивала высокую прочность и в то же время отлично поглощала излучение активных радаров ПВО обороны противника (это ли не начало технологии "стелс"!). [oage]

Под центральной частью планера предусматривалась подвеска двух тысячекилограммовых бомб, либо двух дополнительных топливных баков, по 1250 л каждый. При этом в крыльях были расположены эластичные емкости на 3000 л топлива.

Вооружение на HIX предусматривалось такое: четыре пушки МК108 или же две такие пушки и плюс к этому две фотокамеры. В серийном производстве на этих машинах должно было устанавливаться катапультируемое кресло, система опознавания "свой - чужой" ФуГ-25, две радиостанции, высотный кислородный прибор и автопилот.

Производство шло строго по графику. Первую машину построили вовремя, и в марте 1944 г. в Геттингене она впервые поднялась в воздух. Пока двигателей еще не было, и все тесты производились с помощью аэробуксировщика Хейнкель-III HIX, разогнавшись на буксире, поднимался в воздух и некоторое время планировал. Самолет в целом был уже готов, а двигателей все еще не было. К концу апреля 1944-го фирма BMW от графика поставки двигателей окончательно отстала и Хортены решили заменить их на Юмо 004В фирмы "Юнкерс", хотя те были несколько большего диаметра.

Машину пришлось дорабатывать. В результате этого изменили формы MOJO-гондол и несколько удлинили воздухозаборники. Для защиты корпуса от высокой температуры выхлопа газов крыло покрыли сталью. При этом между кожухом и фюзеляжем был сделан зазор в 10 мм, также вентилирующийся в полете и понижающий температуру нагрева.

Несмотря на то, что второй прототип еще не был готов, Люфтваффе в июле 1944-го выдало контракт на строительство 40 таких машин серии А. Вторая машина, HIX V2, поднялась в воздух в середине декабря 1944 г., а несколько позднее на ней уже была достигнута скорость 800 км/ч. К огорчению немецких авиаторов, во время этого вылета отказал один из двигателей, и даже мастерство летчика-испытателя не смогло предотвратить беды. Машина и пилот погибли. Аварийная комиссия, рассмотрев все обстоятельства катастрофы, пришла к выводу о саботаже при сборке двигателя.

Несмотря на катастрофу HIX V2, производство продолжалось полным ходом, проект получил статус серийного и самолету присвоили наименование "Но-229". Конструкция братьев Хортен оказалась настолько удачной, что без сколько-нибудь серьезных переделок могла применяться в самом различном качестве. Руководство Люфтваффе во что только не планировало перевоплотить двухдвигательный скоростной реактивный бомбардировщик. Третья машина, HO-229V3, должна была стать прототипом одноместного серийного истребителя-бомбардировщика, способного с успехом решать задачи завоевания воздушного пространства, перехвата высокоскоростных целей на любых высотах, а также задачи штурмовки малоразмерных наземных объектов по заявкам пехотных подразделений. А шестой вариант, Но-229 V6, предполагалось сделать прототипом двухместного ночного истребителя, потребность Люфтваффе в котором оказалась чрезвычайно высокой ввиду неуклонного роста ночных налетов английской и советской дальней авиации.

Особенно следует отметить, что на Но-229 было внедрено несколько приоритетных и для нашего времени новаций. Если понижение электромагнитной заметности производилось за счет широкого использования в конструкции дерева и композитных материалов, то уменьшение дальности обнаружения самолета в инфракрасном диапазоне осуществлялось путем ряда оригинальнейших для того времени конструкторских решений. Сами двигатели были упрятаны глубоко внутрь фюзеляжа, который надежно экранировал чрезвычайно горячие камеры сгорания. Особенностью двигателей было наличие в их конструкции системы охлаждения реактивного сопла и струи выхлопных газов воздухом, забираемым за четвертой ступенью компрессора. Создавался своего рода чулок из холодного забортного воздуха, который подавался через несколько патрубков, расположенных по всему периметру сопел, внутрь которого и врывались струи раскаленных выхлопных газов. При этом холодный воздух сначала экранировал выхлоп, а затем, смешиваясь с ним, значительно понижал общую температуру. Кстати говоря, почти аналогичную схему использовали конструкторы фирмы "Нортроп" при создании бомбардировщика-невидимки В-2 в начале 1980-х годов...

Хотя третий рейх уже доживал последние недели, но тем не мене руководство страны всерьез рассчитывало успеть применить некое "чудо-оружие". Даже в марте 1945-го, когда бои шли на территории самой Германии и сухопутные войска неумолимо отступали под многочисленными ударами, Герман Геринг официально объявил о выдаче братьям Хортен контракта на разработку нового самолета, соответствующего "срочной истребительной программе". Раймар и Вальтер Хортены приступили к кардинальной переработке проекта HIXA в вариант HIXB. За счет некоторого изменения конструкции, увеличения стреловидности крыла, применения киля предполагалось достичь скорости в 1100 км/ч, а дальности полета 4000 км. Серийное производство этой машины планировалось на... 1946 год.

В середине апреля 1945 года, наступающие части третьей армии США захватили авиационный завод в Фридрихсроде и нашли там практически законченный и подготовленный к испытаниям бомбардировщик Но-229 V3. Четвертый и пятый прототипы находились в разной степени готовности, а шестой - только что успели заложить. В других цехах этого завода янки обнаружили множество узлов для строительства еще двадцати машин. Разумеется, трофеи тут же оказались срочно переправленными за океан...

И вот спустя тридцать лет американские фирмы "Нортроп" и "Локхид" вдруг изобретают технологию "стеле" (более точная транскрипция - "стелете") и под завесой таинственной секретности строят самолеты будущего: ударный F-117А и стратегический бомбардировщик В-2. При этом, если сравнить фанерный бомбардировщик времен Второй мировой войны Но-229 отставал в скорости всего на 100 км/ч от истребителя F-117А и лишь на 25 км/ч от В-2. Зато конструкция "хортенов" была способна летать так же далеко, как В-2, и на целых 300 км дальше, чем F -117А. К тому же Но-229 имел еще лучший показатель относительной нагрузки (соотношение веса бомбовой нагрузки и максимального взлетного веса) чем эти хваленые самолеты XXI века. И это при условии, что тяговооруженность Но-229 была в 2 раза меньшей, чем у F -117А. Что же касается соотношения стоимости, то цена Но-229 братьев Хортен была намного меньше, чем у более поздних заокеанских "невидимок", да и в изготовлении "немец" был, несомненно, намного проще и технологичнее. Недаром же говорят, что все гениальное - предельно просто.

Автор: Евгений Подольный

Источник: Инженер, 1/2007

Все права сохранены © Истории настоящего. Взгляд современника

Перепубликация материалов, возможна только с устного или письменного разрешения администрации сайта!
http://www.portal.infostr.ru/article/a-74.html